Суббота
16.11.2019
02:21
Категории раздела
Любимый город мой [9]
Год Пушкина в Казахстане [14]
Год Пушкина в Казахстане. Год Абая в России
Во имя жизни [6]
Великая Отечественная война
Юбилеи [7]
Наши гости [4]
Поэзия [104]
Проза [36]
Наше наследие [7]
Встречи [1]
Эссе [30]
Переводы [4]
Сказки [5]
Миниатюры [3]
Astroliber [1]
Слово редактора [3]
Исторический калейдоскоп [2]
Песни об Алматы [18]
Поэзия: гости об Алматы [22]
Публикации в прессе [22]
Год русского языка [3]
Перышко [1]
Публицистика [3]
Зеленый портфель [2]
О нас пишут [1]
Вход на сайт

Поиск
Наш опрос
Какому источнику информации Вы доверяете?
Всего ответов: 400
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0
    Сайт учителей русского языка и литературы Казахстана
    Главная » Статьи » Альманах "Литературная Алма-Ата" » Поэзия: гости об Алматы

    Владимир Луговской Город снов

    Всеволоду Иванову

    Сеанс окончился.

                             Была картина

    С участием Гарри Купера, из жизни

    Миллионеров. Было все как нужно:

    Отчетливо, умело и уютно.

    В конце концов герой достиг всего.

    Когда толпа, ликуя, выходила

    Из кинофабрики, когда великий мастер

    Легко отшучивался и когда

    Все вышли на хрустальный синий холод, -

    В тот самый миг подъехала машина.

    Но все уже ушли, и очень долго

    Вокзальная машина простояла.

    Шофер, ворча, бродил по этажам,

    Пока в столовой не добился правды...

     

    А жизнь летит блистающим потоком!

    По улице идет высокий мастер,

    Болтая, отпуская каламбуры,

    Не зная, что лежит его надежда

    И гордость в расколоченном гробу.

    Повисли в небе синие хребты,

    Сверкающими гребнями играя,

    И облака ушли, и вышел месяц.

    Раздвинув бледные потоки звезд.

    Стоит мороз. Шагнешь - и хруст

                                                    стеклянный,

    Как будто раздавил стакан, и осыпь,

    Как нафталин блестя, летит с деревьев,

    Положенных на время в сундуки

    Большой зимы на самой грани мира.

    Текут в лиловом небе ледники,

    Блистают звезды светлыми зрачками,

    Ресницами морозными мигая.

    Трамвай роняет сорванный звоночек...

     

    То город вещих снов - Алма-Ата!

    Идет ночная съемка. Вместо жизни

    Подкладывают быстрые подобья.

    Повсюду чистый холод, снег летучий.

    Спи, город снов - Алма-Ата...

     

    Снега закрыли крыши под луною.

    И Алатау, словно белый слон,

    Глядит, клыки поднявши, из Китая.

    И золотая тучка зацепилась

    За легкие хребты. И поворот

    Вселенной на оси. И над горами

    Светило круглобокое лежит.

    Чего хотел он? Может быть, покоя

    Иль счастья, или, может быть, простора?

    В морозной мгле плывет Алма-Ата.

    Там телеграф. Он посылает вести.

    В нем инвалид, согнувшись над конторкой

    Плечо сухое поднял костылем.

     

    Пора домой!

                       И только рупор черный

    Взвивается, гремя о Сталинграде.

    И все, кто отстоял ночную смену,

    К нему подходят молча и поспешно.

    И над заборами горит, как спирт,

    Огонь железной автогенной сварки.

    Что ж, это ты, бестрепетная жизнь!

    Тебе ничто не страшно. Ты взираешь

    На дикий голубой костяк Тянь-Шаня,

    На голубую мертвую луну.

    Вокруг нее стоит зеленый обод

    От мертвенного холода, и площадь

    Перед ЦК так грозно залита

    Квадратами пылающего света.

    И ветер из ущелий. Тут поспешно

    Юпитера включают. Пустота,

    И толстая охранница у двери

    Глотает стоя черную лапшу.

     

    Спи, ученик, не нужно больше думать,

    Все кончено! Уже не нужно слушать

    Дурацких разговоров об искусстве.

    Не нужно слушать женские слова,

    Бессмысленные, словно песня печки.

    И печку не приходится топить...

    Сидит его душа на Алатау

    В морозной ризе, в чернолапых елях

    И смотрит непомерными глазами

    На город вещих снов - Алма-Ата.

    Полночные срываются лавины,

    На скалах, прикорнув, ночуют звезды,

    Холодный месяц рвет атлас небесный.

    А я иду, как прежде, в Дом искусства,

    Где мой ночлег. Огромный серый дом

    Без света, без тепла, набитый плотно.

    Какая улица, стрела прямая,

    Дома казачьи. Рядом небоскребы

    В четыре этажа. Все аккуратно,

    Асфальт, покрытый коркой ледяною,

    Подстриженные круглые деревья;

    Луна, летящая среди лукавых звезд...

     

    И я иду по голубой стране,

    Где смертные березы наклонили

    Свои седые бабушкины косы.

    И все-таки мне очень хорошо:

    Я мыслю. Вот луна. Летают тучи,

    Дорога серебрится чистым снегом,

    Собака лает, зеленеют пики

    Беспамятных хребтов, почти подлунных.

    Мое жилье. О боже! Дом искусства.

    Без электричества, без лампочек, без печек,

    Набитый бесприютными людьми,

    Войдешь -

                   ударит духом общежитья.

    Актеры спят, покрывшись чем попало,

    Мигают одноглазые коптилки.

    А все-таки, как прежде, жив курилка,

    Жив человек, его не одолеешь

    Ни холодом, ни голодом, ни смертью,

    Ни разговорами! Живет курилка,

    На спичке согревает затируху,

    Ложится спать с накрашенной женой

    И страстно зажигает папиросы

    Кремнем, иль треньем, или я не знаю,

    Каким извечным способом. И ходят

    Вокруг него все те же сны ночные,

    Как при начале мира. Спите, братья!

    Ты город вещих снов - Алма-Ата!..

     

    Лежит зеленый холод Алатау,

    Окутанный блистающей луной.

    И низ все тот же. Там моя сестра

    Готовит на мангалке суп унылый,

    Черт знает из чего, и говорят

    Простуженные гости об искусстве.

    Искусство - это власть, и потому

    Хоть на мгновенье я владею правдой. –

    Но бойся, человек! -

                                    я говорю, -

    Живи, покуда сил предвечных хватит,

    В стремленье, воплощенье и движенье.

    Застыли люди в очереди хлебной,

    Укрыты грубошерстными платками

    От холода полночного, и стынет

    Над ними голубая сетка звезд.

     

    Бушуют скалы снежного Тянь-Шаня.

    Раскованные мчатся снегопады,

    Лиловый фирн горит в немых ущельях.

    На телеграфе принимают сводки.

    Стоит, как привиденье, Дом искусства.

    То город вещих снов - Алма-Ата!

    То сила жизни в дивном напряженье,

    Возьми ее, не оставляй мгновенный,

    Жестокий росчерк,

                                  поднимайся мрачный

    В морозе над хребтами! Покоряйся

    Веленью времени и будь самим собой...

     

    Стоит густая очередь за хлебом,

    Вплоть до утра не спит Алма-Ата.

    И время черным падает обвалом.

    Имеющие уши да услышат,

    Имеющие очи да увидят,

    Имеющие губы - говорят!

    Событья, не кончаясь, происходят,

    Не мне остановить поход событий.

    Но я, как прежде, населяю землю,

    Но я, как прежде, запеваю песню,

    Я это создал. Я за все в ответе,

    Я все-таки, как прежде, человек...

    (печ. в сокр.)

    Категория: Поэзия: гости об Алматы | Добавил: almatylit (12.11.2007)
    Просмотров: 2453 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]