Суббота
16.11.2019
02:47
Категории раздела
Любимый город мой [9]
Год Пушкина в Казахстане [14]
Год Пушкина в Казахстане. Год Абая в России
Во имя жизни [6]
Великая Отечественная война
Юбилеи [7]
Наши гости [4]
Поэзия [104]
Проза [36]
Наше наследие [7]
Встречи [1]
Эссе [30]
Переводы [4]
Сказки [5]
Миниатюры [3]
Astroliber [1]
Слово редактора [3]
Исторический калейдоскоп [2]
Песни об Алматы [18]
Поэзия: гости об Алматы [22]
Публикации в прессе [22]
Год русского языка [3]
Перышко [1]
Публицистика [3]
Зеленый портфель [2]
О нас пишут [1]
Вход на сайт

Поиск
Наш опрос
Какому источнику информации Вы доверяете?
Всего ответов: 400
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0
    Сайт учителей русского языка и литературы Казахстана
    Главная » Статьи » Альманах "Литературная Алма-Ата" » Эссе

    Транзит Алматы-Алма-Ата- Верный Часть первая
    Владимир Проскурин
    Об Алма-Ате написано удивительно ничего - до десяти популярных путеводителей, две -три научные работы и не менее, или чуть более, художественных произведений. Исторический путь города длиной в полтораста лет, таким образом, пройден биографами Алма-Аты глазами безучастного пассажира для которого разве что время героико-революционного прошлого осталось в душе ярким запоминающимся эпизодом.
    Пример тому - роман « Мятеж» писателя Д.А.Фурманова, где раскрыта тема революции и гражданской войны в Семиречье... Есть в нем удивительно точные зарисовки городских достопримечательностей. Что ни строка, то новый дом с его местными знаменитостями, что ни страница, то новая улица, по обеим сторонам которой на вас глядят ажурные верненские крылечки. Правда, современному читателю, прежде чем отправиться в путь по историко-литературной карте, предстоит кропотливая работа в архиве, библиотеке или музее. Отчасти, так началось мое знакомство с романом и продолжилось путешествием в прошлое родного края.
    С тем же волнением, полагаю, ждал Д.А.Фурманов встречи с городом Верным. Он пишет : «…много кружили мы за гражданскую войну, по Уралу, по самарским степям, по уфимским горам…И все эти центры: Урал,Самара, Уфа - это целые полосы жизни.Каждый имеет свою особую печать, свое лицо. А ты, новый наш незнакомец, какое будешь иметь лицо? Как развернется здесь наша работа?..» «А вот и Каскелен - последняя станция перед Верным, - с нетерпением вносит новую строку в дорожный дневник Фурманов. - Скорей, скорей!.. Мы катим по шоссе. Нервничаем. Ожидаем, как он покажется, Верный. И где-то вдруг вдалеке мелькнули церковные купола и кресты, потом стали видны окраины города, вырисовывались отдельные домики». Почтовая тройка резво сворачивает на тенистую, густо обсаженную карагачем, прямую как стрела улицу.С юга быстро надвигается громада Заилийских гор, на их фоне - силуэт Туркестанского собора. Дмитрий Андреевич жадно всматривается в лица прохожих, с интересом оглядывает добротные бревенчатые, крепко посаженные верненские дома. И все расспрашивает молчаливого и серьезного семиреченского извозчика. И неожиданно восклицает:
    -Ну, здравствуй, Верный!..
    Взгляд с горы Веригиной
    Образ старой Алма-Аты тепло передан путешественником Николаем Николаевичем Михайловым, однажды побывавшим в Заилийских горах: “Вплотную над городом стоят снежные вершины. Днем далекий снег поблескивает в лучах солнца, а вечером после заката, когда в городе уже темнеет, светится нежным красноватым огнем. Склоны гор покрыты зеленью хвойных лесов. До них километров двадцать, но бывает прозрачный, светлый час, когда с улиц города кажется, будто видишь каждую ель. Яблоневые сады сливаются с городом. Он распланирован в клетку - одни улицы идут по пологому склону сверху вниз, другие их пересекают... Деревья в каждом дворе и на каждой улице. Вдоль асфальтированных аллей в четыре ряда растут пирамидальные тополя... Это один из самых зеленых городов во всем мире. Сквозь зелень видим домики. Побеленными стенами кварталы напоминают Украину, деревянными ставнями и резными карнизами - Сибирь, арыками - Среднюю Азию. Это остатки старого города, уже оттесненные на окраины. А на главных улицах господствуют высокие дома и новостройки”.
    Поэтический взгляд с Веригиной горы на историю и современность города не однажды бросали Дмитрий Снегин в стихах “Мой город” (1939 г.) и Таир Жароков в поэме “Поток” (1937 г.). На высоте птичьего полета рождались талантливые строки об Алма-Ате у Юрия Платонова и Алексея Брагина, Дмитрия Фурманова и Юрия Домбровского. Многие писатели-краеведы уверяли, что Веригина гора нанесена на туристские карты мира, а своим названием обязана фамилии семиреченского казака, бывшего когда-то лучшим верненским шорником. По другой версии, Николай Веригин был не менее знатным алматинским садоводом, одним из местных “мичуринцев” вроде Тихона Моисеева или Мстислава Гайдина, освоивших предгорья за Анучиным ущельем у Мокрого ключа, что под Веригиной горой, под новые сады с сочными яблоками, душистыми вишнями и сливами. По мнению современных версификаторов, гора должна называться Коктюбе, как она упоминается в дневниках купцов средневековья, что следовали через Талкинский проход в легендарный город Алмалык мимо величественной горы Коктюбе.
    Правда, писатели так и не определились, где именно находился город Алмалык, а где Алматы - память купеческой славы. На Веригиной горе, примостившись у остро пахнущего мольберта, среди разнотравья, красных и сизых маков, местных подснежников и петушков, пунцовых пионов - алматинцы зовут их по имени-отчеству - не иначе как Марья Коревна - создавали свои маленькие шедевры художники Николай Хлудов (“На вершине”, 1886 г.), Абылхан Кастеев (“Вид на Малую станицу”, 1937 г.), Аубакир Исмаилов (“Долина Алатау”, 1942 г.), Евгений Сидоркин (“Очередь на фуникулер”, 1970 г.), Дмитрий Калачев (“Новая телевышка”, 1982 г.).
    Веригина гора и ее окрестности вошли в первые киноленты о нашем городе. Памятны фильмы режиссеров Ш.К. Айманова “Наш милый доктор” (1957 г.), А.Г. Нугманова “Добро пожаловать в Алма-Ату” (1975 г.), Я.Б. Сика “Горы и город” (1976 г.), В.П. Татенко “Огни вечерней Алма-Аты”, “Город яблоневых зорь”, “Алма-Ата” (1978-1981 гг.). Здесь, на горе композиторы Б.Ерзакович и С. Шабельский, очарованные видом на город, написали совместно с поэтами Д. Абилевым и А. Лукашенко замечательные песни “Алма-Ата” и вальс “Мой город” (1948 г.).
    В одном из прекрасных, но не осуществленных проектов зодчего А.П. Соколова-Земана гора Веригина должна была быть представлена несколькими общественными зданиями, расположенными по склону, а на вершине предполагалось возвести монументальный дом Верховного Совета республики. Проект выполнен только в одном - построен Дворец республики на площади Абая.
    В наши дни на бывшей Веригиной горе, ныне названной Коктюбе, установлена мощная телевизионная башня высотой в 372 метра (вместе с горой общая высота сооружения составляет 1402 метра над уровнем моря). Склоны горы - любимое место отдыха алматинцев: зимой - санные и лыжные трассы, летом - дастархан из блюд национальной кухни. На гору Коктюбе легко попасть с площади Абая в вагоне воздушного трамвайчика.
    Прогуливаясь по живописным окрестностям панорамного пункта южной столицы, хорошо наблюдать за жизнью большого города. Алматы (с 1867 года - Верный, в 1921 - 1994 гг. - Алма-Ата; в 1995 - 1997 годах Алматы - первая столица Республики Казахстан) после переноса в 1997 году столицы в Астану получил статус города республиканского значения, став административным, экономическим и культурным центром Республики Казахстан...
    Ежегодно в первое воскресенье октября аким проводит праздник “День Алматы”. Алматы - город, откуда ведет отсчет современная история суверенного и независимого Казахстана: 17-18 декабря 1986 года прошла первая в СССР политическая демонстрация против тоталитарного режима; 21 декабря 1991года на совещании глав бывших советских республик было образовано СНГ - Содружество Независимых Государств; 30 сентября 1992 года город собрал I Всемирный курултай казахов, а 1 марта 1995 года - Ассамблею народов Казахстана. 30 августа 1995 года принята новая Конституция Республики Казахстан.
    Город находится в центре Евразийского континента, на юго-востоке Республики Казахстан, на 77° восточной долготы и 43° северной широты. На одной параллели с городом находятся всем известные Гагры и Владивосток. Это один из самых южных оазисов, расположенный достаточно высоко над уровнем моря, у подножья гор Заилийского Алатау - самого северного хребта Тянь-Шаня. Алматы разве что соперничает с высокогорным Душанбе, Караколом или Ереваном. На 1 января 1998 года в городе насчитывается 1 миллион 61 тысяча 400 жителей.
    Над грядой живописных вершин, окружающих город с юга, доминируют пики Талгар (5017 м), Комсомол (4376 м), Большой Алматинский (3684 м), а также иные заоблачные вершины, не уступающие по высоте европейскому Монблану, кавказскому Казбеку, американскому Тахумулько. В южных жилых массивах на высоте 1520-1750 метров над уровнем моря в урочище Медеу и на Каменском плато чувствуется дыхание более 300 ледников, влияющих на природу Алматы. На севере, с высоты менее 500 метров, улицы убегают в степь и полупустыню, упираясь в прикаскеленские Моюнкумы. У подножья гор зерновые, бахчевые, табачные плантации и виноградники сменяются на фруктовые сады и ягодники.
    Именно здесь обрел свою родину знаменитый алматинский апорт, некогда символ старого города, давший ему название (“алма” - по-казахски “яблоко”). Выше по предгорьям (в местном понятии “прилавки”) растут дикие яблони, боярышник, абрикосы (или урюк). В среднегорье лиственные деревья и кустарники сменяются стройными тянь-шаньскими елями. Еще выше горы покрыты субальпийскими и альпийскими лугами, прекрасными летними пастбищами (джайляу), переходящими в горную тундру и, наконец, в царство скал и вечного льда.
    Богат и разнообразен животный и растительный мир Заилийского Алатау, где обитают многие редкие птицы и звери, занесенные в Красную книгу Казахстана. Среди них снежный барс (или ирбис), ныне украшающий герб Алматы и символизирующий устремления нового Казахстана. Город расположен в центре Или-Алатауского национального парка, на территории которого организованы заказники и заповедник. Некоторые улицы горных предместий плавно переходят в экологические тропы туристских маршрутов. Свыше 8 тысяч гектаров городской территории занимают сады и парки, скверы и бульвары. Среди зеленых массивов можно встретить экзотические растения, привезенные из Северной Америки, Крыма, Кавказа, Сибири и Дальнего Востока. Есть в окрестностях Алматы редкие представители местной флоры - эндемики: юнона, ветреница, боярышник, остролодочник, наголоватка. В названиях многих алматинских растений читаем забытые имена земляков, первопроходцев и благоустроителей края - тюльпан Кауфмана, ксифиум Колпаковского, желтушник Черняева, яблоня Недзвецкого, ель Шренка, эремурус Регеля, лук Фетисова, клен Семенова, гвоздика Кушакевича, кизильник Краснова, шлемник Пржевальского, ястребинка Дублицкого, лютик Северцова, песчанка Потанина, курчавка Мушкетова, осока Карелина, остролодочник Сатпаева, шафран Королькова. Имена почетных граждан сохранены в названиях гор и долин Заилийского Алатау - ледники Пальгова, Брызгалова, Дмитриева, Пояркова, Шнитникова, Войцеховского, долина Рыскулова, вершины братьев Колокольниковых, Зимина, Срыма Кудерина; в городской топонимике - роща Баума, гора Веригина, мост Пугасова, сады Моисеева.
    Весьма разнообразен климат города и его предместий - от континентального до субконтинентального, близкого к арктическому, с большими колебаниями температур не только в течение года, но и суток. Среднегодовая скорость ветра в Алматы в два раза меньше, чем, скажем, в Москве. А средняя температура июля почти такая же, как на островах Шри-Ланка (Цейлон), Калимантан (Борнео) или Ява. Средняя температура января сравнима с севером Норвегии. Прогуливаясь летом по улицам Алматы сверху вниз, вполне можно оказаться в разных климатических зонах. Алматинцы живут по декретному времени пятого часового пояса, введенного в соответствии с постановлением СНК СССР 16 июня 1930 года.
    Город занимает площадь более чем 170 кв. км и расположен на выносе древних и молодых отложений рек Большой и Малой Алматинок и их притоков, сбегающих с ледников и ущелий Заилийского Алатау в Илийскую долину (бассейн озера Балхаш). На склонах гор выпадает множество осадков...
    Известно, что под Алматы плещутся волны Тихого океана. Горные реки и озера являются основными источниками для водоснабжения города. В ущельях гор немало водопадов, термально-радоновых и серных источников, на базе которых действуют бальнеологические курорты, например “Алма-Арасан”. Живописные горы, являющиеся как бы визитной карточкой города, не только радуют глаз. Здесь повышенная солнечная радиация...
    В окрестностях города возведены высокогорные научные станции (по изучению короны Солнца и космических лучей на Большом Алматинском озере и перевале Джусалы-Кезень), астрофизические обсерватории (на Каменском плато и перевале Ассы), спорткомплексы (ледовый стадион “Медеу” и горнолыжная станция “Шымбулак”), альпинистские и туристские лагеря, санатории (“Алма-Арасан”, “Турксиб”), дома отдыха и кемпинги.
    Но горы таят в себе и грозную опасность. Здесь часты лавины, селевые потоки, землетрясения (в Алматы возможна девятибалльная сейсмоопасность). В истории Алматы известны две геологические катастрофы, произошедшие 28 мая 1887 года и 22 декабря 1910 года (по старому стилю), а также сокрушительный сель, обрушившийся на город в ночь с 8 на 9 июля 1921 года. Они существенно повлияли на развитие градостроительства и архитектурный облик южной столицы. Через город ливневый селевой поток прошел по старым руслам притоков Малой и Большой Алматинок, застроенным жилыми и хозяйственными постройками и освоенным под пашни, сады и огороды.
    Вот как об этом страшном событии 1921 года писал очевидец событий, горный инженер В. Епанечников: “Рев воды, гул перекатываемых камней, треск разрушаемых зданий, грохот сдираемых железных крыш, огромные искры, вероятно, от сталкивающихся камней, еще издали предупреждали ее. И вот лавина, состоящая из воды, грязи, гальки, огромных валунов, стволов деревьев и обломков разрушенных зданий, ринулась на город, уничтожая все на своем пути...”
    В течение пяти безумных ночных часов значительная часть Алма-Аты была превращена в руины и залита грязе-каменной массой. Максимальные объемы селя достигали невероятных величин: на реке Малой Алматинке в горах - до 1000-5000 куб.м/с, а на выходе из гор - до 300 куб.м/с. Общий объем выноса селя оценен в 7,2 - 10 млн куб.м. На улицы города сель вынес валуны до 1,5-2 метров в диаметре и образовал овраги до 2-3 метров глубиной. Огромные камни, памятники разрушительной стихии, до сих пор лежат в разных частях города. Жертв селя для опознания приносили к паперти Троицкой церкви: около 500 жителей захоронили в западной части парка, часто  - в братской могиле. Грязе-каменный поток смел на своем пути 18 мельниц и 177 хозяйственных построек, два кожевенных завода и табачную фабрику, разрушил 65 и повредил 82 жилых дома, многие из которых плыли в потоке, иногда кочуя с места на место, заплывая в соседние дворы вместе с обезумевшими домочадцами. Своеобразный памятник природной стихии - дом, перенесенный селем с верхних улиц города, долгие годы стоял посреди нижней части улицы Мира, и его вынуждены были объезжать по тротуару. Для защиты южной столицы от возможных природных явлений на реках и притоках Большой и Малой Алматинок в самом городе созданы селезащитные сооружения...
    Была станица, стала столица
    В середине лета 1853 года военный отряд пристава Большой орды М.Д. Перемышльского, выйдя из Копала, подошел к старинной переправе Огуз-Уткул, что вела через своенравную азиатскую реку Или в высокогорные джайляу Тургеня, на сырты Центрального и Внутреннего Тянь-Шаня. Майору было предписано вести дипломатические и экономические переговоры с обитавшими там народами, склоняя их к сотрудничеству в торговле и промышленности, и в целом к союзу с Россией. Переговоры были успешными, и к весне следующего года команда сотника Глахырина изучила местность вдоль Заилийского Алатау, навела постоянную переправу Кулумбаш на слиянии рек Курты и Или, и приступила к сооружению крепости на берегах Малой Алматинки.
    Строительство велось на основе “Проекта укрепления за рекою Илею, на урочище Алматы, что в Большой Киргизской орде”, высочайше утвержденного 7 марта 1854 года. В разработке генплана принимали участие ведущие фортификаторы России А. Теляковский и Э. Тотлебен; в привязке к местности - топограф Е. Воронин, инженеры Л. Александровский и Ц. Гумницкий. На документе росчерком карандаша император Николай I начертал резолюцию: “Согласен, но сосланных туда покуда не поселять”. Высочайший рескрипт был закреплен статьей 28 260 “О строительстве укрепления “Заилийское” (измененном позднее на “Верное”, статья 29 772 Полного собрания законов Российской империи, т. ХХХ, 1854 год).
    В 1859 году командированный из Петербурга астроном и геодезист А.Ф. Голубев определил координаты 17 важнейших географических объектов, в том числе укрепления Верного, впервые нанес их на карты мира. Тем временем корреспондент “Санкт-Петербургских ведомостей”, отметивший это важное событие, сообщал российским читателям следующее: “Наше укрепление растет не по дням, а по часам. И как ему не процветать в стране, благоприятствующей всеми дарами природы и так долго ждавшей водворения цивилизации. Давно ли здесь была пустыня, в которой с самого сотворения мира не бывало оседлости, только лишь посещалась кочевниками, а теперь здесь город, в котором более пяти тысяч жителей! Поверьте, что не пройдет десяти лет, как наше Верное превратится в обширный город, которому будут завидовать не только сибирские, но и русские города...”
    В 1879 году вновь образованный статистический комитет Семиреченской области, душой которого был замечательный краевед Владислав Ефимович Недзвецкий, провел первую городскую перепись. Укрепление Верное становилось отправной точкой маршрутов первых научно-практических экспедиций. Чокан Валиханов изучал здесь жизнь, быт, родовые отношения тянь-шаньских народов. Во время путешествия по Семиречью в экспедиции М.М. Хоментовского, начальника Алатавского округа, Чокан вел дневник поездки, иллюстрируя увиденное карандашными и акварельными рисунками. Изучая эпос “Манас”, молодой ученый сумел увидеть в нем “энциклопедическое собрание всех киргизских мифов”, “нечто вроде степной Илиады”.
    Отметим важность результатов экспедиций П.Семенова-Тянь-Шанского, Н. Пржевальского, И. Мушкетова по изучению природы края; Е. Воронина, занятого топографическими работами и составлением карт Заилийского края, выбором и планировкой местоположения укрепления Верного. В новом городе Верном работала деятельная группа исследователей, написавших научный труд “Сведения о дикокаменных киргизах”. Это была первая и довольно удачная попытка обобщения и систематизации всех основных сведений о природе, хозяйстве, населении и общественно-политическом устройстве тянь-шаньских народов, населявших предгорья Тянь-Шаня. В составлении уникальной энциклопедии приняли участие верненцы И.А. Бардашев, Е.П. Воронин, Т.Ф. Нифантьев, В.В. Обух. Молодые ученые создавали первые метеорологические и сейсмологические станции, библиотеки и музеи, проявили себя в литературных и театральных начинаниях, в становлении альпинизма и горного туризма.
    Облик нового поселения запечатлели на своих полотнах талантливые сибирские живописцы Михаил Знаменский и Павел Кошаров. Известны три их рисунка. Композиционным центром работ художников является станичная площадь. Посередине ее - маленькая деревянная Софийская церковь, освященная настоятелем Евтихием Вышеславским в 1858 году. Справа нарисован угол земляного вала крепости. На валу - тын из плетня. За тыном высокий с растяжками флагшток, на котором в торжественные дни развевался трехцветный российский флаг. Вдоль высоких берегов Алматинки, поросших еловым лесом, видна дорога, ведущая в ущелье. Здесь расположены летний лагерь казаков и госпиталь. На обочине будущего проспекта Достык - полосатый верстовой столб. На другом рисунке станичная площадь уже застроена добротными бревенчатыми домами; в отдельных дворах на летнее время поставлены юрты. В одной версте от крепости отображено новое поселение - выселок Мало-Алматинский, обживаемый казаками и крестьянами. Чуть далее художник увидел Татарскую слободу, над которой высится минарет мечети. Православный крест и мусульманский полумесяц прекрасно уживались в соседстве, символизируя миролюбивый характер сосуществования людей различных вероисповеданий.
    Кстати, известно, что на время формирования Семиреченского казачьего войска среди большинства православных казаков службу несли 235 мусульман, 113 буддистов, 26 католиков, 21 лютеранин, 30 казаков были разного рода сектантами. 11 апреля 1867 года принято решение о возведении укрепления Верного в степень города, ставшего центром Семиреченской области Туркестанского генерал-губернаторства. Началось учреждение структур в составе Туркестанского края (в 1882-1899 гг. - Степного): Областного правления во главе с военным губернатором; Туркестанской епархии с пребыванием в Верном епископа Туркестанского и Ташкентского; Войскового правления с избранием наказного атамана Семиреченского казачьего войска и других учреждений для благоустройства края. Вопросами городского хозяйства до избрания Верненской городской Думы и управы ведало городское присутствие Областного правления.
    13 ноября 1877 года состоялись выборы в Думу. Первым мэром города Верного был единодушно избран Павел Матвеевич Зенков (1830-1915). Городской голова происходил из уральских крепостных, однако, обладая талантом зодчего, нашел высоких покровителей и получил вольную. Не имея специального образования, он значился по разным ведомствам то вольным художником, то вольным архитектором. Осенью 1867 года П.М. Зенков прибыл с семьей в только что создаваемый Верный. Он принял участие в разработке и осуществлении первого генерального плана, вел наблюдения и контроль за строительными работами, показал себя искусным мастером. Разносторонние таланты П.М. Зенкова проявились не только в зодчестве, живописи, ваянии, но и в музыке, литературе, науке и общественной жизни края. Отметим лишь его плодотворную журналистскую деятельность, которая не прекращалась в течение всей жизни почетного гражданина Верного.
    П.М. Зенков был членом престижных клубов и научных обществ, наконец, вошел в купеческое сословие, был отмечен многими наградами и привилегиями. В большой семье первостроителя Верного росли сыновья: Алексей, Андрей, Константин, Владимир, дочь Александра. Известность, благодаря общественной молве, получил только второй сын Андрей Павлович Зенков (1863-1936) как первый архитектор старой Алма-Аты. Эта несправедливость по отношению к его отцу, к блестящей плеяде других верненских зодчих остается пока в силе, о чем свидетельствуют легенды о строительстве Кафедрального собора и других «зенковских” зданий. В городской прописке отказано и другим представителям верненского общества, с именами которых забивались первые колышки в основание Верного, во все его добрые начинания. Прежде всего вычеркнуты из памяти имена людей военного, духовного и купеческого сословий. Среди них первый военный губернатор и наказной атаман Семиреченского казачьего войска Герасим Алексеевич Колпаковский (1819-1896), первый архипастырь Туркестанского края Преосвященный Софония (в миру известный богослов Сокольский Степан Васильевич (1800-1877), первая купеческая семья Кузнецовых - братьев Василия и Владимира и сына его Иннокентия. Без этих громких и десятка других простых, но благородных имен невозможно прикоснуться к истории города.
    С 1869 года город начал строиться на юго-запад от Большой Алматинской станицы - от современных улиц Макатаева и Пушкина. К 1 января 1870 года было продано жителям 177 участков, из них большинство уже было освоено. Первые городские кварталы возникли вдоль Ташкентской аллеи (ныне проспект Райымбека). Была определена главная площадь - Сенная (ныне площадь перед зданием ТЮЗа), с возведением в центре ее благолепного Покровского собора, освященного в 1882 году. Однако первый опыт градостроительства оказался неудачным и не выдержал натиска стихии.
    28 мая 1887 года новый город был полностью уничтожен разрушительным землетрясением, которое продолжалось с определенными перерывами в предгорьях Заилийского Алатау без малого около трех лет! Очевидцы рассказывали, что подземная стихия разбудила спящий город в 4.35 утра. Толчки в течение пяти минут превратили в руины 1799 лучших построек нового города: губернаторский дом, четыре корпуса гимназии, архиерейский дом с подворьем, храм Покрова Пресвятой Богородицы. Землетрясение не утихало ни на час, а только усиливалось грозами и ливнями, оползнями с гор, даже затмением солнца. Изменились очертания окрестных гор, живописные долины превратились в каменную пустыню. В субботу 30 мая распространился слух о якобы надвигающемся потопе. Трудно представить начавшуюся панику. Всякий мчался, не осознавая, от чего он бежит и куда. Главное было покинуть проклятый Богом город.
    Городские власти в тяжелый 1887 год пытались поддержать население и словом, и делом. Тяжело раненный губернатор А.Я. Фриде не прекращал оказывать содействие в доставке хлеба, одежды, медикаментов. Помощь шла со всех уголков Российской империи. Аксакал города Сеид Ахмед Сейдалинов поставлял юрты, горячее питание, предоставил кров пострадавшим в соседних аулах. Преосвященный Неофит совершил всенародный молебен. 332 погибших, в большинстве своем умерших от ушибов детей, отпевали в походной церкви - палатке и предавали земле.
    С годами это кладбище (ныне парк 28 гвардейцев-панфиловцев) было уничтожено. А с ним ушла память об этой страшной трагедии в истории города. Уже в ту далекую пору начинают разрабатываться научно обоснованные правила застройки города, расположенного в сейсмической зоне. Однако из-за дороговизны проектов строители не воспользовались ни рекомендациями ученого И.В. Мушкетова, ни применением новых строительных материалов и конструкций при возведении зданий, предложенных строителем П.М.Зенковым.
    Верный после землетрясения 1867 года становился исключительно деревянным, одноэтажным и приземистым городком. Другая проблема благоустройства города извечно крылась в развитии городской территории. Первый генплан 1868 года (авторы Н.И. Криштановский и П.М. Зенков) был утвержден генерал-губернатором Туркестанского края в 1874 году, когда город уже начал строиться. Причем требуемые десятины земли под усадьбы и выгон были значительно занижены при утверждении плана и составили лишь 443 квадратных десятины. Поэтому городская территория прирастала за счет освоения укрепления Верного (1854-1889 гг.), алматинских станиц Большой (1855-1927 гг.) и Малой (1860-1962 гг.), Татарской слободы (1857-1962 гг.) и других городских предместий, ныне составляющих Медеуский район Алматы.
    Возведение городских кварталов вынужденно велось на выгонной земле, что, естественно, ущемляло права собственников земли, мешало ведению сельского хозяйства. С установлением в Семиречье Советской власти в 1918 году вопрос о городской территории разрешился одним росчерком пера Военно-революционного комитета о национализации земли и ликвидации частной собственности и сословий.
    В 1918 году городская площадь была определена в 20 кв.км. 14 марта 1921 года декретом ЦИКа Туркестанской АССР было закреплено решение Верненского уездно-городского комитета РКП(б) о переименовании Верного в Алма-Ату. Полагают, словосочетание было принято ташкентскими советскими работниками по аналогии с названиями других среднеазиатских городов типа Аулие-Ата, где “ата” означает святой или просто отец, дедушка.
    Вопрос о правильном написании Алматы уже тогда неоднократно обсуждался общественностью и на государственном уровне. Однако городу суждено было долгие годы быть Алма-Атой, и это название прошло через судьбы не одного поколения горожан. В 1994 году город был официально переименован в Алматы. В двадцатые годы еще три главных социально-экономических события повлияли на жизнь города. Они явились началом политики диктатуры пролетариата, красного террора, национализации и экспроприации всего и вся, административно-территориального беспредела, революционных переименований.
    Вслед за перерастанием первой мировой войны в гражданскую, восстания 1916 года в революцию 1918 года, в Верном в 1920 году назрел антисоветский мятеж. Последствия репрессий новой власти были трагичны. Население Верного сократилось почти вдвое. Вторым главным событием было отделение в 1924 году Семиреченской (Джетысуской) области и выход ее из состава Туркестанской республики, а также вхождение в Казахскую (Киргизскую) автономию РСФСР.
    Одновременно Алма-Ата после национально-государственного размежевания Средней Азии становится после Оренбурга фактически административным, экономическим и культурным центром реформированного края. Третьим событием, безусловно, является решение Коммунистической партии и союзного правительства о строительстве Туркестано-Сибирской железной дороги.
    Любопытно заметить, что проект Турксиба обсуждался еще в XIX веке в работах верненских градостроителей Э. Баума, П. Гурдэ, П. Зенкова в связи с приездом в Верный министра путей сообщений России князя Хилкова. Эта идея была поддержана депутатами Госдумы Тынышпаевым и Гучковым. Предполагалась поставка в Семиречье материалов с Путиловского завода. Столыпинская реформа вызвала к жизни экономическое понятие “пятилетка”, и в народно-хозяйственный план царской России было включено строительство Турксиба. Однако только в 1926 году Совет труда и обороны СССР начал великую стройку пятилетки, но уже советской. Стройку возглавили те самые мечтатели из Семиречья: зампред Совнаркома РСФСР Турар Рыскулов и его земляк Мухамеджан Тынышпаев, выпускник верненской мужской гимназии и института инженеров путей сообщений, бывший сопредседатель Временного правительства Туркестана по Семиреченской области. Когда М. Тынышпаев был репрессирован, ему в вину поставили не только вредительство на Турксибе, но и керенское и депутатское прошлое.
    29 апреля 1927 года Совнарком РСФСР утвердил решение VI Всеказахстанского съезда Советов о переносе столицы автономии из Кзыл-Орды в Алма-Ату. Правительство переехало в новый административный центр только к лету 1929 года, воспользовавшись пробным поездом строящегося Турксиба. Но в целом массовый переезд учреждений затянулся на долгое время. Некоторые организации довольно долго оставались в Оренбурге. Не успев переехать в Кзыл-Орду, им было предписано следовать в новую, третью столицу - Алма-Ату.
    В 1927 году в городскую черту вошла Большая Алматинская станица, которая пополнила образованный Фрунзенский (ныне Медеуский) район столицы. С образованием еще двух районов - Сталинского и Ленинского (ныне Алмалинского и Жетысуйского), а с годами и Кагановического (ныне Турксибского), территория города в 1937 году составила 45 кв. км, а плотность населения возросла до 270 человек на 1 кв. км в центральной части и 90 человек - на окраине. Население города к 1929 году составляло 55 тысяч человек, а в связи с переносом столицы в Алма-Ату начало неуклонно возрастать. Стало не хватать жилья.
    Необходимо заметить, что квота кочующих госчиновников была значительно превышена главным образом за счет самовольного включения в списки прибывших их близких и родственников. Жилищный кризис был разрешен национализацией помещений, занимаемых потомками буржуазии, духовенства и казачества. В тридцатые годы Алма-Ата становится первым центром политической ссылки. По печально известной 58-й статье УК РСФСР в город прибыл Лев Троцкий - некогда второе лицо после Ленина в государстве.
    В Алма-Ате под административным надзором жили и работали интернационалисты Юлиус Фучик и Мате Залка, “хранитель древностей” города Юрий Домбровский, писатели Галина Серебрякова и Анна Никольская, художники Всеволод Теляковский и Сергей Калмыков, экономист-аграрник А.В. Чаянов, академик Е.В. Тарле. В эти же годы был опален цвет казахской интеллигенции - из Алма-Аты в небытие ушли С. Мендешев, С. Сейфуллин, Т. Рыскулов, У. Кулумбетов, Т.Жургенев, десятки общественных деятелей, творческих работников, технических специалистов республики, сотни простых алмаатинцев, ставших жертвами политических репрессий.
    26 марта 1937 года Х съезд Советов Казахстана утвердил Конституцию, согласно которой автономия была преобразована в союзную республику. Административным центром Казахской Советской Социалистической Республики стала Алма-Ата.
    Пройдут десятилетия, столица окажется в центре политических и социально-экономических событий, в результате которых государство СССР перестанет существовать, Республика Казахстан обретет суверенитет и независимость. 30 августа 1995 года будет принята новая Конституция, согласно которой Казахстан вступит в новую эпоху своего развития, Алма-Ата (переименованная в Алматы) постепенно утратит свой столичный статус и передаст эстафету столичных городов (Оренбург - Кзыл-Орда - Алма-Ата) Акмолинску (также переименованному сначала в Акмолу, затем в Астану).
    Расширение городской территории требовало развития грузопассажирского транспорта. К концу двадцатых годов на смену гужевому транспорту постепенно приходит автомобильный. Правда, первый опыт создания городской автолинии относится еще к 1906 году. До революции в Верном существовала автомастерская и курсы шоферов Карпа Овчарова, горюче-смазочные склады “Братьев Нобель”. Между прочим, курсы шоферов некогда закончил Александр Шавров, впоследствии военный летчик, первым проложивший воздушную трассу Самара - Актюбинск - Ташкент - Верный и посадивший 1 апреля 1919 года самолет-биплан “Conbur” на площади за Малой станицей.
    В 1923 году на поле верненского ипподрома был оборудован первый аэропорт Алма-Аты (ныне район Центрального стадиона). В начале 40-х годов городской автопарк имел восемь 32-местных отечественных машин “ЗИС-16” и двадцать пять 16-местных автобусов “Газ-АА”, курсирующих по четырем маршрутам, соединяя станцию Алма-Ата 1 с центром, Малую станицу с поселком плодоконсервного завода, центр с госзаповедником в урочище Медеу. Среди стахановцев автодвижения известны имена водителей Г. Каракая и В. Шевченко, регулировщика И. Трубачева. Автобус остается и сегодня главным видом общественного транспорта. В Алматы расположены 52 транспортных предприятия, включая 8 автопарков, 5 таксопарков и маршрутных такси, 28 автокомбинатов, занимающихся грузопассажирскими перевозками. Ежедневно по городским дорогам протяженностью 1600 км выезжают около 2000 автобусов.
    Растет число не только городских пассажиров. Ежедневно в Алматы приезжают 250-300 тысяч гостей. 19 июля 1929 года первый локомотив “Э-1441” прибыл на железнодорожную станцию Копа, где временно был оборудован столичный вокзал. Чтобы добраться до Алма-Аты, пассажирам приходилось преодолевать гужевым и автомобильным транспортом еще около ста верст. 25 января 1930 года пробный поезд начал эксплуатацию так называемой “горветки”, пассажирской линии, связующей город с поселком станции Алма-Ата I. Любопытно отметить, что “горветка” перевозила в тридцатые годы строительные материалы и грузы к наиболее важным возводимым объектам.
    Позднее, в 1936 году, управление городских железных дорог преобразуется в “Трамвайстрой”, который приступит к строительству трамвайных и троллейбусных линий. В наши дни перевозками электрического транспорта занимается коммунальное государственное предприятие “Алматыэлектротранс”. 7 ноября 1937 года первый трамвай прошел кольцом “А” по улицам Комсомольская, Уйгурская, Пастера, Карла Маркса. 12 июня 1941 года было принято решение о пуске первого городского троллейбуса. Десять 52-местных машин предполагалось приобрести на Ярославском заводе и пустить их по линии от клуба-театра имени Дзержинского, далее по улицам Калинина и Ленина к Головному арыку. Были посланы на стажировку в Москву первые водители. Однако начавшаяся Великая Отечественная война резко изменила мирные планы. И только в марте 1944 года удалось проложить вторую троллейбусную линию вдоль улицы Гоголя от машинного парка до парка культуры и отдыха имени М. Горького. В 1999 году на маршрутах пущено 30 дополнительных трамваев.
    В настоящее время создано чешско-казахстанское предприятие по сборке троллейбусов “Шкода”, действует ремонтная база электрического транспорта АО “Электромаш”.
    В годы Великой Отечественной войны городская территория претерпела большие изменения. Для организации всесоюзного тыла и эвакуации в Алма-Ату значительных материальных и людских ресурсов было высвобождено 45 тысяч квадратных метров производственных площадей, уплотнен жилой фонд с целью размещения свыше 26 тысяч эвакуированных и их семей. Однако поток переселенцев был значительно выше. Под жилье использовали террасы домов и классы учебных заведений, в летнее время - дворы и сады.
    Эвакуированные старались жить колониями по н
    Категория: Эссе | Добавил: almatylit (10.11.2007)
    Просмотров: 4389 | Рейтинг: 3.3/3
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]